|
ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СУДА СОДРУЖЕСТВА НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ
10 марта 2006 г. № 01-1/3-05
КОНСУЛЬТАТИВНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СУДА
СОДРУЖЕСТВА НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ ПО ЗАПРОСУ
ИНТЕГРАЦИОННОГО КОМИТЕТА ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО
СООБЩЕСТВА О ТОЛКОВАНИИ ЧАСТИ ВТОРОЙ СТАТЬИ 1, ЧАСТИ
ПЕРВОЙ СТАТЬИ 14 ДОГОВОРА ОБ УЧРЕЖДЕНИИ ЕВРАЗИЙСКОГО
ЭКОНОМИЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА ОТ 10 ОКТЯБРЯ 2000 ГОДА
Интеграционный Комитет Евразийского экономического сообщества
обратился в Экономический Суд СНГ с запросом о толковании части
второй статьи 1, части первой статьи 14 Договора об учреждении
Евразийского экономического сообщества от 10 октября 2000 года и
дачи заключения по следующим вопросам:
1. Какова юридическая сила положений части второй статьи 1
Договора об учреждении ЕврАзЭС; в каком порядке и в какой форме
осуществляется передача ЕврАзЭС полномочий государствами -
участниками Договора об учреждении ЕврАзЭС (достаточно ли принятия
государствами своих актов о передаче части полномочий Сообществу) и
как эти полномочия реализуются Евразийским экономическим
сообществом?
2. Решения каких именно органов ЕврАзЭС исполняются в порядке,
предусмотренном частью первой статьи 14 Договора об учреждении
Евразийского экономического сообщества от 10 октября 2000 года; по
каким вопросам, входящим в компетенцию этих органов, такие решения
могут приниматься; каково их место в иерархии актов национального
законодательства государств - членов ЕврАзЭС?
3. Исключает ли часть первая статьи 14 упомянутого Договора
действие в Евразийском экономическом сообществе статьи 58 Договора о
Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве от 26 февраля
1999 года и статьи 24 Договора об углублении интеграции в
экономической и гуманитарной областях от 29 марта 1996 года,
регламентирующих вопросы принятия Межгосударственным Советом ЕврАзЭС
решений, подлежащих непосредственному применению государствами-
участниками, а также органами и организациями Сторон?
Изучив Договор об учреждении Евразийского экономического
сообщества от 10 октября 2000 года (далее - Договор), другие
действующие в рамках Евразийского экономического сообщества (далее -
ЕврАзЭС, Сообщество) договоры и принятые органами ЕврАзЭС решения,
проанализировав их с учетом положений Венской конвенции о праве
международных договоров 1969 года, исследовав положения конституций
и законов о международных договорах государств - членов ЕврАзЭС, в
соответствии с пунктом 127 Регламента Экономический Суд дает
следующее заключение.
1. Согласно части второй статьи 1 Договора «ЕврАзЭС обладает
полномочиями, добровольно передаваемыми ему государствами-членами в
соответствии с положениями настоящего Договора. При этом государства-
члены остаются суверенными и равноправными субъектами международного
права».
Перечень данных полномочий предусмотрен частью первой статьи
2, частью второй статьи 5, абзацем четвертым части второй пункта 1
статьи 6, частью первой статьи 7, частями первой и второй статьи 8
Договора.
В соответствии с указанными нормами Сообществу государствами -
членами ЕврАзЭС переданы полномочия:
решение задач, определенных в Соглашениях о Таможенном союзе
от 6 января 1995 года и 20 января 1995 года, Договоре об углублении
интеграции в экономической и гуманитарной областях от 29 марта 1996
года, Договоре о Таможенном союзе и Едином экономическом
пространстве от 26 февраля 1999 года;
рассмотрение принципиальных вопросов Сообщества, связанных с
общими интересами государств-участников, определение стратегии и
перспектив развития интеграции и принятие решений, направленных на
реализацию целей и задач ЕврАзЭС;
подготовка международных договоров, заключаемых в рамках
ЕврАзЭС, и предложений по проведению государствами-членами единой
политики по конкретным вопросам;
гармонизация (сближение, унификация) законодательства
государств-членов и приведение его в соответствие с договорами,
заключенными в рамках ЕврАзЭС в целях реализации задач Сообщества;
обеспечение единообразного применения государствами - членами
Договора и других действующих в рамках Сообщества договоров и
решений органов ЕврАзЭС, а также рассмотрение споров экономического
характера, возникающих между государствами-членами по вопросам
реализации договоров, действующих в рамках Сообщества, и решений
органов ЕврАзЭС.
Евразийское экономическое сообщество является международной
организацией, полноправным субъектом международного права и обладает
полномочиями, четко определенными государствами-членами в ее
учредительном акте. Изменить объем и характер полномочий ЕврАзЭС
государства-члены вправе в порядке, установленном статьей 19
Договора, посредством подписания отдельного протокола, являющегося
неотъемлемой частью Договора, либо путем заключения нового
международного договора. При этом все государства-члены должны
выразить свое согласие на обязательность для них такого
международного договора.
Исходя из этих посылок, Экономический Суд пришел к выводу о
том, что любые полномочия, передаваемые ЕврАзЭС государствами-
членами, определяются Договором. Полномочия могут быть изменены
государствами-членами в порядке, предусмотренном статьей 19
Договора, либо посредством заключения нового международного
договора. Полномочия ЕврАзЭС как международной организации
реализуются органами ЕврАзЭС путем принятия соответствующих решений.
2. Из анализа статей 2, 3, 5-8, 11, 13, 14, 16 Договора,
регламентирующих полномочия органов ЕврАзЭС, следует, что органы
ЕврАзЭС принимают «решения», «рекомендации», «документы» и иные
акты. Однако система и иерархия актов, принимаемых органами
Сообщества, в Договоре не установлены.
В международном праве акты международных организаций условно
подразделяются на две группы: по внутриорганизационным вопросам
(внутренняя регламентация) и по вопросам непосредственного
осуществления целей международной организации (внешняя
регламентация).
Первая группа актов касается принятия правил процедуры, правил
персонала и установления иных норм, регулирующих деятельность внутри
международной организации, обязательных для органов международной
организации и государств-членов. К ним относятся решения органов
ЕврАзЭС, определяющие структуру и механизм функционирования органов
ЕврАзЭС, взаимоотношения между ними, порядок назначения, статус
должностных лиц и служащих органов ЕврАзЭС и другие
внутриорганизационные вопросы.
Во вторую группу входят акты по вопросам непосредственного
осуществления целей международной организации (внешняя
регламентация), адресованные государствам-членам и устанавливающие
права и обязанности в их взаимоотношениях друг с другом, с третьими
государствами и международными организациями. Международная
организация приобретает правомочия на установление норм
международного права, носящих характер внешней регламентации, на
основании согласия государств-членов, выраженного путем одобрения
соответствующих положений учредительного акта международной
организации или соответствующего международного договора.
Цели и задачи ЕврАзЭС определены в статье 2 Договора и, в
частности, состоят в эффективном продвижении процесса формирования
государствами - членами Таможенного союза и Единого экономического
пространства.
Из анализа положений статьи 5 Договора и пункта 5 Положения о
Межгосударственном Совете Евразийского экономического сообщества
ЕврАзЭС, утвержденного Решением от 31 мая 2001 года № 3, следует,
что Межгосударственный Совет ЕврАзЭС (далее - Межгоссовет) принимает
решения, направленные на реализацию целей и задач ЕврАзЭС и имеющие
характер внешней регламентации, по вопросам:
регулирования условий взаимной торговли между государствами -
членами Сообщества;
таможенной политики Сообщества по отношению к третьим
государствам;
упрощения и унификации таможенных правил и процедур,
применяемых в государствах - членах Сообщества;
гармонизации (сближения и унификации) законодательств
государств - членов ЕврАзЭС.
Межгоссовет принимает также организационно-распорядительные
решения, составляющие «внутреннее право международной организации»,
по вопросам, обозначенным в пункте 5 Положения о Межгосударственном
Совете (абзацы девять - двадцать один, двадцать три).
Интеграционный Комитет ЕврАзЭС, являясь органом,
обеспечивающим взаимодействие органов ЕврАзЭС в рамках выполнения
функций, определенных пунктом 5 Положения об Интеграционном
Комитете, утвержденного Решением Межгосударственного Совета ЕврАзЭС
от 31 мая 2001 года № 6, принимает внутриорганизационные решения,
составляющие так называемое внутреннее право международной
организации.
В области внешней регламентации Интеграционный Комитет вправе
принимать рекомендации, адресованные Межгоссовету, Межпарламентской
Ассамблее, правительствам государств - членов ЕврАзЭС (абзацы девять
- десять пункта первого части второй статьи 6 Договора).
Межпарламентская Ассамблея ЕврАзЭС (далее - МПА) наряду с
организационно-распорядительными актами принимает правовые - по
вопросам межпарламентского сотрудничества и гармонизации (сближения,
унификации) национального законодательства, а также приведения его в
соответствие с международными договорами, заключенными в рамках
ЕврАзЭС, - Основы законодательства, типовые проекты и рекомендации
(статья 7 Договора и пункт 3 Положения о МПА ЕврАзЭС, утвержденного
Решением Межгосударственного Совета Евразийского экономического
сообщества от 13 мая 2002 года № 52).
Основы законодательства в базовых сферах правоотношений
разрабатываются МПА, вносятся на рассмотрение Межгоссовета и
принимаются путем заключения государствами - членами ЕврАзЭС
международного договора (часть вторая статьи 1 Договора о статусе
Основ законодательства Евразийского экономического сообщества,
порядке их разработки, принятия и реализации от 18 июня 2004 года).
Таким образом, Основы законодательства ЕврАзЭС по сути не являются
самостоятельным актом МПА, поскольку становятся частью
международного договора, заключаемого в рамках ЕврАзЭС.
Типовые проекты МПА, предназначенные для использования при
разработке конкретных национальных законов, носят рекомендательный
характер и имплементируются в законодательства государств - членов
ЕврАзЭС по установленным законотворческим процедурам.
Решения органов ЕврАзЭС, относящиеся к сфере внешней
регламентации, по юридической силе могут быть подразделены на:
обязательные акты, нормы которых подлежат имплементации в
законодательство государств - членов ЕврАзЭС (не имеют прямого
действия);
акты, носящие рекомендательный характер.
В первую группу входят решения Межгоссовета по вопросам
непосредственной реализации целей ЕврАзЭС. Эти решения
разрабатываются при участии всех государств-членов и после их
принятия Межгоссоветом имплементируются в законодательства
государств - членов ЕврАзЭС. Обязательность правовых актов ЕврАзЭС,
подлежащих имплементации, реализуется государствами-членами
посредством принятия национальных нормативных правовых актов.
Ко второй группе актов относятся:
типовые проекты, принимаемые МПА;
рекомендации МПА парламентам государств-членов;
рекомендации Интеграционного Комитета правительствам
государств-членов;
решения, разъяснения и заключения Суда Сообщества.
Государства-члены ЕврАзЭС, руководствуясь доброй волей и
собственными интересами, вправе сами определять необходимость
использования данных актов в правоприменительной и законодательной
практике.
Механизм исполнения решений органов ЕврАзЭС определен в части
первой статьи 14 Договора, в соответствии с которой «решения органов
ЕврАзЭС исполняются государствами-членами путем принятия необходимых
национальных нормативных правовых актов в соответствии с
национальным законодательством».
Таким образом, учредительный акт Сообщества как международной
организации определяет, что государства-члены самостоятельно решают,
когда, в каком порядке, какие нормативные правовые акты принимать:
подтверждать ли в них нормы решений органов ЕврАзЭС и (или)
устанавливать нормы, направленные на их реализацию. Следовательно,
на территориях государств-членов применяются не решения органов
ЕврАзЭС, а нормы национальных нормативных правовых актов,
направленных на их реализацию.
Учитывая, что акты, принимаемые органами ЕврАзЭС, имеют
различную юридическую силу, Экономический Суд считает, что
государства-члены должны исполнять решения органов ЕврАзЭС по
вопросам внешней регламентации, направленные на реализацию целей и
задач ЕврАзЭС и являющиеся обязательными, в порядке, определенном
частью первой статьи 14 Договора. Такие решения принимают
Межгоссовет и Интеграционный Комитет в случаях делегирования
соответствующих полномочий Межгоссоветом (абзац седьмой части второй
статьи 6 Договора).
Данный вывод не исключает применения части первой статьи 14
Договора также для исполнения решений органов ЕврАзЭС, носящих
рекомендательный характер.
3. Практика деятельности международных организаций показывает
- они могут обладать наднациональными полномочиями, что выражается в
праве органов международной организации принимать акты прямого
действия, обязательные для государств - членов международной
организации и подлежащие непосредственному применению на их
территориях.
Наделение международной организации наднациональными
полномочиями означает, что акты, принятые органами международной
организации в порядке указанных полномочий, обладают следующими
характеристиками:
прямым действием - данные акты являются частью действующего на
территориях государств-членов законодательства и не требуют
выполнения специальных процедур по выражению согласия на их
обязательность для государств-членов;
приоритетом норм актов международной организации по отношению
к аналогичным нормам национальных правовых актов - при возникновении
коллизии между ними в процессе правоприменения;
обязательностью для исполнения всеми государственными
органами, юридическими и физическими лицами государств-членов -
нормы актов международной организации непосредственно создают права
и обязанности как для государственных органов, юридических лиц
независимо от форм собственности, так и для физических лиц;
непосредственным применением норм актов международной
организации судами государств-членов при разрешении споров с учетом
толкования права международной организации, осуществляемого
компетентным органом международной организации (судом международной
организации).
В соответствии с частью первой статьи 24 Договора об
углублении интеграции в экономической и гуманитарной областях от 29
марта 1996 года (далее - Договор от 29 марта 1996 года) «Межгоссовет
вправе принимать решения, имеющие обязательный характер для органов
и организаций Сторон, обеспечивающих непосредственное их исполнение,
либо решения, подлежащие трансформации в национальное
законодательство Сторон».
По мнению Экономического Суда, статья 24 Договора от 29 марта
1996 года носит общий характер и не определяет, по каким вопросам
Межгоссовет вправе принимать решения, имеющие обязательный характер
для органов и организаций государств - участников Договора,
обеспечивающих непосредственное их исполнение. Это делает
практическое применение указанной нормы невозможным и предполагает
принятие государствами соответствующего международного договора.
Согласно статье 58 Договора о Таможенном союзе и Едином
экономическом пространстве от 26 февраля 1999 года (далее - Договор
от 26 февраля 1999 года) «в случаях, когда по общему мнению
государств - участников настоящего Соглашения это является
необходимым и оправданным, Межгоссовет вправе принимать:
решения, устанавливающие единые для государств - участников
настоящего Договора правила, которые являются обязательными во всех
своих частях и подлежащие непосредственному применению государствами-
участниками;
резолюции, являющиеся обязательными для государства-участника
или государств-участников, которым они адресованы, в том, что
касается ожидаемого результата, при сохранении за органами Сторон
свободы выбора форм и методов действий;
рекомендации, не являющиеся обязательными».
При толковании данной статьи необходимо учитывать, что она
содержится в главе V «Сближение и унификация законодательства»
Договора от 26 февраля 1999 года. Именно в сфере сближения и
унификации законодательства государства намеревались предоставить
Межгоссовету право принимать акты, имеющие обязательную силу и
подлежащие непосредственному применению. Ссылка в диспозиции статьи
на «общее мнение Сторон» означает, что оно должно быть закреплено в
международном договоре. Следовательно, норма статьи 58 Договора от
26 февраля 1999 года нацелена на перспективу.
Одновременно Экономический Суд отмечает следующее. При
заключении Соглашения о правовом обеспечении формирования
Таможенного союза и Единого экономического пространства от 26
октября 1999 года государства договорились, что совместно с МПА и
Интеграционным Комитетом примут меры по гармонизации (сближению,
унификации) национальных законодательств, включая введение «решений
Межгоссовета, устанавливающих единые правила, являющихся
обязательными во всех своих частях и подлежащих непосредственному
применению путем трансформации в национальные законодательства
Сторон» (статья 8 Соглашения). В то же время в статье 9 данного
Соглашения закреплено, что решения, принимаемые Межгоссоветом по
вопросам гармонизации национальных законодательств, направляются в
соответствующие органы государств для выполнения необходимых
внутригосударственных процедур.
В связи с этим Экономический Суд отмечает, что оснований для
вывода о непосредственном применении решений Межгоссовета на
территориях государств - членов ЕврАзЭС без дополнительного
правового регулирования на внутригосударственном уровне не имеется.
Согласно статье 5 Договора Межгоссовет является высшим органом
ЕврАзЭС и рассматривает принципиальные вопросы Сообщества, связанные
с общими интересами государств-участников, определяет стратегию,
направления и перспективы развития интеграции, принимает решения,
направленные на реализацию целей и задач ЕврАзЭС. В соответствии с
частью первой статьи 14 Договора решения органов ЕврАзЭС, в том
числе и решения Межгоссовета, «исполняются государствами-членами
путем принятия необходимых национальных нормативных правовых актов в
соответствии с национальным законодательством».
В соответствии с Договором Межгоссовет не наделен правом
принятия актов прямого действия.
Согласно части второй статьи 2 Договора от 10 октября 2000
года ранее заключенные государствами-членами договоры продолжают
действовать в части, не противоречащей Договору.
Следовательно, часть первая статьи 14 Договора,
устанавливающая порядок исполнения решений органов ЕврАзЭС,
исключает действие статьи 24 Договора от 29 марта 1996 года и статьи
58 Договора от 26 февраля 1999 года в части, допускающей
непосредственное применение на территории государств-членов решений
Межгоссовета.
Данный вывод подтверждается и положениями Венской конвенции о
праве международных договоров от 23 мая 1969 года, касающимися
применения последовательно заключенных договоров, относящихся к
одному и тому же вопросу. В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 30
Конвенции, «если в договоре устанавливается, что он обусловлен
предыдущим или последующим договором или что он не должен считаться
несовместимым с таким договором, то преимущественную силу имеют
положения этого другого договора. Если все участники предыдущего
договора являются также участниками последующего договора, но
действие предыдущего договора не прекращено или не приостановлено в
соответствии со статьей 59 Конвенции, предыдущий договор применяется
только в той мере, в какой его положения совместимы с положениями
последующего договора».
Опыт государств - членов Европейского Союза (далее - ЕС)
показывает, что в целях применения правовых актов ЕС, имеющих прямое
действие, были внесены изменения и дополнения в конституции
государств - членов ЕС. Тем самым, наряду с международно-правовой,
была создана национально-правовая, конституционная основа для
возможности прямого действия отдельных видов правовых актов
Европейского Союза на территории государств-членов.
В настоящее время непосредственное применение актов органов
международных организаций на территориях государств - членов ЕврАзЭС
предусмотрено не во всех государствах и носит фрагментарный
характер.
Так, законы о международных договорах Российской Федерации
(статья 15), Кыргызской Республики (статья 11), Республики Казахстан
(статья 11) и Республики Таджикистан (статья 8) содержат положение о
том, что ратификации подлежат договоры об участии этих государств в
международных организациях, если такие договоры предусматривают
передачу им осуществления части полномочий и суверенных прав данных
государств или устанавливают юридическую обязательность решений
органов международных организаций для данных государств. В законах о
международных договорах Республики Беларусь и Республики Узбекистан
подобная норма отсутствует.
Вопросы, связанные с непосредственным |